Category: литература

Каждый выбирает для себя...

В пору вспомнить строчки:

"Каждый выбирает для себя.
Женщину, религию, дорогу...
Дьяволу служить или Пророку
Каждый выбирает для себя..."

Наверное, Портников прав. Мой отношение к стране сильно изменилось после того, как она стала жертвой агрессии.
Очень часто любить и ценить начинаешь тогда, когда можешь потерять. Возможность утраты делает чувства острыми до боли.
Я не хочу в Украине "правильную Россию". Я хочу правильную Украину.
Мне Пушкин не мешает любить Шевченко, Высоцкий не закрывает уши, чтобы услышать Ивасюка, и поэзия Саши Кабанова не портит впечатления от Лины Костенко. Я не делю искусство на свое и чужое. Я его делю на талантливое и не талантливое.
Мне в голову не придет упрекать Лермонова за участие в войне против чечен или Гоголя за его работу цензора. Я не пытаюсь мерками 21 века судить людей века 19-го.
И - да! Мне нравится "Ирония судьбы", я с гордостью называю Эмиля Брагинского одним из своих учителей.
Мои дети сами выбирают себе что читать и что слушать. Представляете, у меня даже с женой вкусы могут расходиться, и это не повод для ссор! А что читает или смотрит сосед меня и вовсе не касается.
Я не советский. Я - нормальный. Не святее папы римского и очень не люблю стадные забеги с флагами в руках.
Причем, цвет флага для меня тут значения не имеет, а вот наличие стада - таки да.
Возможно, не случись 2013-й, Крым и Донбасс, я был бы другим. Но случилось то, что случилось. Я не хочу чтобы моя страна вернулась в имперское стойло, но и видеть ее в добровольной культурной изоляции тоже не хочу.
Нужна культурная коалиция, но у нее больше противников, чем сторонников. Увы.
И украиномовные и русскоязычные украинские либералы ломаются на языковом вопросе, как хворостинки, вместо того, чтобы сложиться в веник.
А жаль.
promo bither april 25, 2012 17:23 3
Buy for 200 tokens
Промо-блок свободен! :-) Пользуйтесь случаем!

Предновогоднее литературное

Давайте немного о литературе.
Скоро "Фолио" начнет электронные продажи "Лучшего возраста для смерти", а я заканчиваю сценарий фильма с условным (пока) названием "Forever young".
В этом году у меня вышло две книги: кинороман "1917" и фантастический боевик "Лучший возраст для смерти". Обе книги жанровые, обе продаются хорошо, хотя, большую обратную связь получил роман "1917".
Сейчас я работаю над завершением романа "Чужие сны" и потихоньку готовлю почву для новой книги. Решаю, какой именно из сюжетов будет следующим.
Есть предложение - присылайте мне сюда свои отзывы на "1917" и "Лучший возраст для смерти", а мы с моим издателем Красовицким Александром и супругой Лесей Валетовой выберем лучший, по нашему мнению, отзыв на каждую из книг, и отметим победителей соответствующим бумажным томом с моим автографом.
Мне очень интересно какие эмоции и впечатления вызвали у вас эти книги.
Кстати, "Фолио" собирается перевести "1917" на украинский. Это второй эксперимент по такому переводу, в далеком 2006 на украинский перевели повесть "Прицельная дальность" в издательстве "Факт". Получится ли на этот раз?


Электронную версию "1917" можно купить на сайте "Фолио", и лично у меня, что особенно приятно и мне, и покупателю.)))


И тем, кто хочет оплатить мои книги, скачанные пиратским способом, или поблагодарить за публицистические статьи, а их вышло более 350 за три года, сообщаю реквизиты:


Collapse )

Дети мертвых земель. Польская премьера.

20 мая я представляю в Киеве "1917", а 19 мая в Польше Fabryka Słowa представляет вторую книгу цикла "Ничья земля" с локализованным названием "Дети мертвых земель".
Даты почти совпали.






Захватывающее зрелище

Наблюдаю с большим интересом, как из лонг-листа премии АБС выпиливается методом самоподрыва когорта верных путинцев и российских патриотов.



Феерический идиотизм, дающий полное представление о том, какими были люди сжигавшие книги в 1933в нацистской Германии.
Вызывает уважение позиция Николая Романецкого, который самоубийствам не мешает.
До Дивова лонг-лист покинул фантаст всея Руси Сережа Лукьяненко.


В чем причина, спросите вы? А причина в том, что роман Яны Дубинянской "Своё время" попал в номинацию премии Аркадия и Бориса Стругацких. Это не первый ее роман номинирующийся на АБС-премию, если мне не изменяет память, "Глобальное потепление" даже выигрывало конкурс. Но тогда Яна была милой красавицей, а теперь превратилась в нацистку-бандеровку.
И бегут, и рвут на груди тельняшки - низабудем-нипрастим! Недопустим-запретим!
Господи, и ты еще называл этих людей писателями!?
Номинируется на премию не Яна, а ее текст. Текст читали? Какие у вас претензии? Вам стыдно рядом находиться? С Прилепиным не стыдно? Деньги на войну у нас собирать не стыдно? А тут стыд проснулся?
Я не хочу в тысячный раз обсуждать вашу гребаную шизофрению по поводу нацизма в Украине. Если люди, простите, ебанулись головой, то им нужен не я, а доктор соответствующего профиля. И если вы думаете, что устроив комедию выглядите красиво и патриотично, то хочу заметить, что выглядите вы сообразно поступку, как последние пафосные мудаки.
Глядя на начинающийся шабаш, я не могу сдержать смех))) напишите письмо Путину: пусть мудрый и благородный знаток литературы, находитель амфор, лучший политик и гениальный экономист, летающий со стерхами, целователь мальчиков в пупок и поглаживатель тигров, друг Трампа и Саши Грей, распорядится снять роман с номинации. Он вас послушает и прогонит бандеровку Дубинянскую, смех меня брал.
Противно, право.

Увы

– Нет, что вы… – любезно отвечает Терещенко. – Мне очень любопытно. Ваш муж – прекрасный собеседник! Скажите– ка, Владимир Ильич, – обращается он к Ульянову, – а почему вы говорите только о крестьянской или пролетарской революции? Ведь в России вполне может случиться гуманная буржуазная революция… Если у руля преобразований станут высокообразованные люди, люди с либеральными взглядами, с определенным моральным кодексом… Все предпосылки для этого есть!
– Буржуазная революция? – переспрашивает Ульянов и смеется, отчего у него подрагивают плечи. – Михаил Иванович, вы в самом деле верите в то, что либералы на что-то способны? Что образованность как-то связана с моралью? Неужели вы полагаете, что людей можно поменять либеральными идеями? Научить огромную человеческую массу, которой вы хотите дать власть и избирательное право, не воровать, не пьянствовать, не лгать – одними уговорами? Ваша цель абсолютно недостижима без кнута и пряника, причем, в большей степени именно без кнута! У человека нет мотива изменяться или прислушиваться к чужому мнению, пока он не боится неотвратимого наказания. Раньше этим неотвратимым наказанием ведал Бог, теперь будем ведать мы.
– Вместо Бога?
– Богу не будет места в новом мире, – усмехается Владимир Ильич. – С ним слишком много сложностей. Впрочем, Михаил Иванович, мы с вами заговорились и мешаем Надежде Константиновне спать. Да и я уже, честно говоря, начинаю клевать носом…
– Я выйду покурить, – говорит Терещенко, поднимаясь со своего дивана. – Благодарю вас за беседу. Рад знакомству.
Терещенко стоит в слабоосвещенном коридоре у окна и курит.
В купе темно: и Ульянов, и его супруга – просто две темные тени.
Михаил возвращается на свое место, садится и закрывает глаза.
Поезд гудит – раз, другой…
Это уже не паровозный гудок, это корабельная сирена.

О наболевшем....

Я, в целом, сторонник декоммунизации и переименований улиц нормальными именами. Когда с проспекта Ленина едешь на улицу Ленина, по переулку Ленина и набережной им. Ленина мимо стадиона им. Ленина на трамвае изготовленном на заводе им. Ленина и все это происходит в Ленинграде - это просто разрыв мозга. Все эти Ленинского комсомола, Юных Ленинцев, Павлика Морозова, Урицкого и Дзержинского надо переименовывать в Луговские, Садовые, Фруктовые, Крутогорные, Прорезные и прочие растительно-нейтральные. Вернадского, Патона, Поля, Амосова - тоже хорошо. А вот когда мы начинаем зеркалить Советскую власть и наносить на карту политические маркеры, то рискуем повторить ошибки коммунистов - заполитизировать все вокруг. Я не думаю, что делать глупости в новом идейном русло, лучше, чем делать их в старом.
Объясню несколько шире.
Когда некая комиссия, взявшая на себя заботу о чистоте украинского ТВ экрана, запрещает к показу сериал про доблестных российских вояка, несущих мир и добро на стволах своих усталых АК, я их поддерживаю двумя руками. Но когда речь идет о запрете на экранизацию Гоголя, пусть и сделанную Бортко, я в недоумении. А зачем запрещать Мастера и Маргариту? Потому, что Бортко слегка не в себе? Так Оливер Стоун давно не в себе! Давайте запретим его Взвод! Дни Турбиных мягко говоря не проукраинская пьеса, а Белая Гвардия не пышет симпатиями к Директории! Запретим? Нынешний Никита Михалков тошнотворен, но надо ли отказываться от его Обломова или первой части Утомленных солнцем?
Мне это все напоминает, как при Советской власти, после отъезда на Запад Крамарова, из проката изымали фильмы с его участием. Не все, но те, что могли. И запрещали книги неблагонадежных авторов. Я уж не говорю, что на сегодняшний день любого рода запреты на кино, телесериал или литературу условны и заканчиваются вместе с двумя фразами: смотреть онлайн и скачать бесплатно. Я говорю о том, что если мы не хотим быть похожими на Софью Власьевну, то не надо делать, как Софья Власевна.
Когда я узнал, что улицу Горького переименовали, то удивленно почесал в затылке. Я немного понимаю в вопросе и Горький, конечно, не просто писатель, но и символ. Но он, все-таки, прежде всего писатель, и устраивать пляски вокруг автора Вассы Железновой, я бы не стал, так мы, вскоре, и проспект Гагарина переименовать бросимся.
Отрицать все русское, не отличая его от нынешнего российского - глупость. Запрещать что-либо по национальной принадлежности - это быть Софьей Власьевной, но в вышиванке, а мне хрен редьки не слаще.
Когда в театр русской драмы приходят представители общественной организации и начинают рассказывать, как театр должен формировать репертуар, когда очередное убожище начинает меня спрашивать, а почему я не пишу на украинском языке, а на его родном "топлю" за Украину, когда очередной патриот начинает рассказывать мне, что я должен вести блог на украинском, а не на русском, я знаю адрес, куда они должны пойти. Вместе. Взявшись за руки. Вместе с булгаковским Шариковым и его домкомитетом. Булгаков, конечно, не был сторонником самостийности, но был великим русским писателем, киевлянином, а, значит, человеком не чужим Украине. И очень верно подметил в своих произведениях, что дурак и быдло, предатель и герой - качества не национальные, а человеческие. Мы, надеюсь, нечего, связанного с Булгаковым, переименовывать не собираемся? Он ведь русский драматург? И Гоголя за работу цензора чморить не станем? Уважим старика? Обижать не будем?
Очень жаль, что чувство меры большинству не свойственно совсем.
И если я скоро буду ехать с площади Бандеры по проспекту Бандеры на улицу Бандеры по набережной имени Бандеры на Большую Бандеровскую на троллейбусе изготовленном на машиностроительном заводе им. Бандеры, то, честное слово, в чем разница и зачем мы городили огород я не понимаю.
И если вместо пролетарских драматургов меня будут пичкать национальными того же качества, то это абсурд. Потому, что драматург - это дар Божий и выдается не по пятой графе в советском паспорте.
Мы из паспорта, к счастью, графу убрали, а вот из голов - забыли, в местечковой ментальности это прописано наглухо.
Так что первоочередная задача - это не запретить и переименовать, а поумнеть и воспитать чувство меры.
Хороших вам выходных, земляки.

Чуть-чуть о морали, прошлом и настоящем...

Люди на протяжении жизни меняются.
Когда я говорю "Никита Михалков" - то не вспоминаю Цитадель, Бесогона и бесогонщину или беспомощный Солнечный удар.
Я вспоминаю Рабу любви, Обломова, Пять вечеров, Свой среди чужих, Неоконченную пьесу.
И поэзия Юны Мориц для меня не тот воспаленный бред состарившегося мозга, который льется в свет сейчас, а ее прекрасные стихи 20-30 летней давности.
Цитируя Городницкого, я не имею в ввиду то, что "Севастополь останется русским".
Василий Лановой не на нашей стороне, но его роли и его голос для меня никак не ассоциируются с ДНР.
Возможно, потому, что я достаточно долго живу, что бы понимать - люди на протяжении жизни меняются и внешне и по убеждениям. Не меняются и не меняют убеждений под давлением внешнего мира только мертвые. Очень часто с возрастом человек либо теряет способность творить, либо его творчество уже не актуально. Самый ярый либерал и диссидент с годами может превратиться в консерватора и поклонника диктатуры. Возможно, потому, что старость всем новшествам предпочитает стабильность, какой бы она ни была.возможно, потому, что в возрасте воспоминания о молодых годах так светлы, что просто не дают быть объективным. У старости нет будущего и живет она прошлым.
Я против того, чтобы на наших экранах действовали пьяные и героические ФСБшники, российские десантники и прочая шушера. Я за то, чтобы в наших магазинах не продавались книги типа "Попаданец против бандеровцев", но я категорически не понимаю тех, кто видя постаревшего бесогона Михалкова, хочет запретить его всего. Или ставит крест на творчестве Табакова за его высказывания год назад.
Люди меняются, господа и дамы. Жизнь меняется. Мы с вами меняемся. И не всегда меняемся к лучшему.
Надо научиться отделять зерна от плевел, не стараться быть святее Папы Римского, патриотичнее патриотов и беспощаднее берсерков. В угаре очень легко не только отказаться от "чужого", что еще недавно было своим, но и выплеснуть свое с грязной водой.
Недавно пересмотрели с женой "Стиляг" Тодоровского. Весьма полезный фильм, превосходно иллюстрирующий эволюции взглядов и бессмысленность фанатизма.
Мы с вами - точно такие же творцы старого наследия, как и наши нынешние оппоненты с той стороны поребрика. Это наше общее наследие - и хорошее, и плохое. И заливая черной краской все, что было до войны, мы заливаем ей себя.
Как-то так.
Нельзя отнимать у самих себя прошлое. Просто им не надо жить. Но это уж как и у кого получится.

Пикник на обочине

Снимается "Пикник на обочине", пока пилотная серия.
http://www.imdb.com/title/tt5024734/
По ссылке много интересного материала.
http://kopfstoff.blogspot.com/2013/12/thesis-roadside-picnic-sci-fi-graphic.html

Для меня - это знаковое событие. Повесть Стругацких оказала огромное влияние на мою писательскую судьбу, как, впрочем, и все их творчество. Но с Пикником - история особая. Поэтому жду с нетерпением.

Пусть никто не уйдёт обиженным.


Неожиданно

Прислали мне ссылку на весьма комплиментарную рецензию от Дмитрия Манасыпова.

https://lit-era.com/blogs/post/8770#%23

«Пустынные улицы и холодный ветер
В ночь превратились утро , день и вечер
В лунном свете отразились кошмарные сны
По темным дворам промчалось эхо войны
Истошные крики разрывают тишину
Огромные толпы людей оказались на краю
На краю перед пропастью развеянных грез
Заполняю пустоту потоком крови и слез»
«Город», LoOk InSide (с)



Я даже не помню, когда в первый раз увидел странно выглядевшие книги, более всего похожие на топорно сработанные внешне подделки под серию «S.T.A.L.K.E.R». Название «Мортал Зон» меня поразило неприятно, открывать и читать первые страницы и не подумал. Уже тогда, в 2009-ом, перекашивало от однотипного закоса под самую популярную на тот момент книжную серию. Но спустя два года с небольшим оказалось, что зря. Хотя, мало ли, все и всегда случается ровно тогда, как становится нужным. Итак, в 2011-ом, во время похода в библиотеку (да-да, именно туда), в руки мне снова попалась первая книга из четырех, рассказывающих про Михаила Владимировича Сергеева. И, как говорится, закрутилось.

Скажу больше. Где-то с полутора лет назад пригласили меня судить конкурс на форуме ИД «Эксмо». И одна из организаторов, заранее зная о моих «не-не, я занят», сразу же выложила главный козырь. «А, знаешь ли, Дима, - сказала она, - а среди судей будет Валетов». И ведь согласился сразу, совсем не задумываясь. Потому как честь судить авторов, зная, что также судит и один из твоих любимых писателей. Так вот, возвращаясь к отзыву… по понятным причинам, а именно время выхода тетралогии, следовало бы написать мнение довольно давно. Но, если разбираться грамотно, в случае с хорошим автором, а именно таким и является Ян Валетов, лучше поздно, чем никогда. Приступим, памятуя о неминуемом пробуждении Кхтулху.



Ход с черным оформлением, белыми буквами поверху и картинками а-ля всем известные декорации – все это полная ерунда. Такая же, как и большинство книг серии про крутых пацанов, носящихся округ Припяти и то спасающих мир, то алчущих бабла за непонятные цацки. Глубину и размах книг Валетова про Зону совместного влияния невозможно измерить без грамотного подхода также как не измеришь длину коридора «Чернобыльской тени» в момент появления за собственной спиной контролера. Так что, взвесив на ладони книжку, на обложке которой двое вооруженных мужчин стояли на разоренном киевском Майдане, решился и таки взял книгу. Зайдя на первый вираж и прочитав три главы, выдохнул и подумал: надо же, не перевелись еще… Нет, не перевелись.

Уже потом, читая отзывы на тетралогию про Сергеева, видел очень много схожих моментов. «Рвано», «скачки во времени и пространстве», «разрозненность» и т.д. Еще одним повторящимся якобы минусом являлась чрезмерная супергероичность Сергеева-Умки. Мол, ну прямо вылитый Джеймс Бонд. Так как следует сказать что-то про минусы, так и скажу.

Читатель нонеча пошел ЛЕНИВЫЙ. Это следует принять как данность и каждому лично решать то, какие выводы из этого стоит сделать. Читатель в этом невиноват, а если и виновен, так процентов на тридцать, не более. Книги все более и более становятся развлекательными, в чем-то повторяя ситуацию Америки времен Депрессии и СНГ времен развала Союза. Т.е текст нужен человеку, обычному рядовому жителю России-Украины-Беларуси эт цетера для простой вещи, а, именно, отдыха. Ну и как же тут не подстроиться, оперируя при этом благородными фразами навроде: «мнение читателя мне, как автору, очень важно», «язык книги выбран простым и естественным, ведь так говорят мои читатели», «мы должны понимать, что сейчас литература находится на очередном витке, и следует соответствовать требованиям… (нужное подставить)». Пусть читатель читает то, что ему дают. Это нормально.

Для автора Валетова это явно не является нормой. Учитывая выбранный жанр, можно было плюнуть на все и написать просто: Сергеев достал нож, НР, и бросил его в затылок противника, прикрытый кевларовым воротником бронежилета АЙЭМ 666 ФАКШИТ 5-го класса защиты, надетого поверх британского камуфляжа. Но он выбрал другое. И разорвал повествование на несколько относительно разных кусков, рассказывающих о герое и героях с разных сторон, ракурсов, хронологических отрезков и психологических составляющих. Так что к читателю автор Валетов отнесся с уважением. За что ему, автору Валетову, отдельное спасибо.

И именно из этого уважения, именно из-за того, что явно не было прицела на аудиторию, так необходимую многим фантастам, и вышло рваное полотно. Текст, тренирующий ум читателя, его память, его внимание к нюансам. Зайдя в «Ничью землю» с размазанной картинки разрушенной страны, упоминаний о непонятном Потопе и явно жесточайшего поведения о выживании, читатель неожиданно для самого себя может оказаться где угодно. В Москве. На Кубе. В Африке. В Киеве, но не том, что изображен на одной из обложек, а прекрасном, теплом, добром и чудесном весеннем Киеве с его каштанами, кофе и варениками. И это на данный момент явно кажется тяжелым. И именно «кажется». Потому как если после прочтения истории Сергеева взять очередной том о каком-то там попаданце в неведомый край, где все складывается как надо ГГ, а не за, скажем «Костры на алтарях», то все вернется на круги своя. И нужен будет лишь линейный сюжет, и соплю-слюни, и бесконечная удача ГГ, и нескончаемый поток боеприпасов. Тут каждый выбирает сам. Я выбираю истории, схожие с книгами о Сергееве, или Умке. Тут уж кому как удобнее.

В чем же заключается привлекательность истории такого вроде бы простого персонажа, как Умка? В сложности самой конструкции. Сейчас, повторюсь, когда читатель становится ленив ровно настолько, чтобы воспринимать лишь прямолинейные и незамысловатые сюжеты, автор Валетов не побоялся взять и создать весьма непростую мозаику, складывающуюся в узор. Именно узор, так и есть. Причем узор не гжельский, нет-нет. Узор всей тетралогии не менее сложен, как и сам сюжет.

Через немалое количество всех частей узор проходит разными мотивами. Сплетаясь в единое полотно, играя разными гранями и узлами, концы от коих прячутся там, где и не подозреваешь. Автор Валетов свой личный буквенный «ковер» создавал также кропотливо, как ткач арабской крови создает предмет искусства из разноцветных нитей. Через листы толстенного тома, стоящего на одной из моих книжных полок, и включающего в себя все четыре части жизни Умки, узоры проходят плавно и, одновременно, меняясь также неожиданно и великолепно, как и каждый из элементов книги.

Тут вам, пожалуйста, на любой вкус и цвет для тех, кто любит старые добрые приключения. А вот, нате-ка, получите и распишитесь, поклонники политического детектива. И, вдруг, совершенно неожиданно свою порцию вкусно пробуют ценители настоящего, подчеркиваю, настоящего постапокалиптического жанра. Черные и жирные дымы горящего топлива сплетаются в черные полосы Африки. Густые и сизые ароматы сигар и тонкие нотки пряного пота женщин Карибов ткут тончайшую паутину Кубы. Острые и холодные грани самого настоящего мороза и боли создают живую картинку мертвых земель (и это страшно) Украины. Падающие косые струи дождя и пенящиеся потоки подземки исходят страхом и кровью московского Ливня. Твердые грани острейшей стали и чеканка на дамаске дают четкий операторский план каждого поединка. Я не зря сказал про ткача. Настоящий ковер, не та крашеная хрень, что висела и висит во многих квартирах, сложен и красив. И в данном случае Ян Валетов с ролью создателя такой великолепной вещи справился однозначно.

И среди этой красоты Сергеев не смотрится Джеймсом Бондом. А если и смотрится героем с приставкой «супер», так, опять же, не Бэтменом. Умка есть ни кто иной, как персонаж, спокойно стоящий по уровню крутости на одной линии с Джейсоном Борном. Многие ходили на фильмы с Дэймоном в кино? Наверняка. Так почему американский спецагент может вызывать приязнь во всех его поступках, даже имея паспорт на Фому Книъявтха, а Сергеев, воспитанный в специальной школе ГРУ, не может? Вот и я не знаю, вот у меня такого вопроса не возникало.

Для меня минусом, и несомненным, оказался Мангуст и его мотивация во время боя в Мск. Черт его знает, как оно могло бы быть, но вышло так, как вышло. И Мангуст неожиданно стал стареньким брюзгой. Хотя, несомненно, следуя далее ходом книги, он исправился. Стал еще страшнее, злее и инфернальнее.

Что же касается самой книги в плане ее наполнения жанрами, то тут все очень интересно. Определить его можно одним неточным, но зато весьма объемным словосочетанием: авантюрно-приключенческий роман. Авантюры есть? Да завались. Приключения? Хоть отбавляй. А все новомодные тренды, навроде сюрваерства и постапа – пусть потопчутся в сторонке. Но не потому, что отсутствуют, нет. И выживания, и самого настоящего конца света в книге – хоть отбавляй. Да таких, что не снились многим современным постап и сталкероподобным сериям. Или книгам, тут уж кому как. Почему? Да все, как водится, очень просто.

Можно придумать туеву хучу всеразличных монстроуродов, злокозненных мутантов, злодеящих злодеев, радиоактивной радиации и прочего, но так и оставить это просто декорацией. Как в опере, когда задник тебе продают под видом величественного и покрытого лунным светом Нила в «Аиде». А под личиной поющих или читающих персонажей спектакля вдруг, ну прямо совершенно неожиданно, окажутся вовсе не МХАТовские «звезды», а вовсе даже любители из Уть-Елдакинского ТЮЗа. Такой белиберды довольно встречатеся в огромном вале той макулатуры, что валится на многострадальные и очень часто согласные со всем головы читателей. А те и сами рады говорить о том, что де, если есть мутанты, гречко, печко и ружбайко, то вот вами новая, якобы «культовая», книга в любимом жанре. Хотя, и этого нельзя отрицать, среди русскоязычной литературы хватает книг подобного жанра. Тех, что хороши. Их хватает. Но шлака – больше.

Но не думая о других текстах, следует сказать следующее: Ничья земля воистину страшна. Даже без той радиации, что большинство авторов радостно объявят животворящей, свалив на нее все, творящееся у себя. Тут, на пустошах Зоны совместного влияния, на самом деле наступил локальный конец света. Он настолько беспросветен и ужасен, что его ощущаешь. Ощущаешь собственной вспотевшей кожей, прикрытой промокшим бушлатом и ботинками, с наполовину оторвавшейся подошвой. Теми самыми ботинками, хлюпающими илом разложения в Рачьих заводях. Среди тысяч тел невинно погибших и убиенных, тел, наполняющих воздух тленом и мухами. Валетов автор не добрый, Валетов автор реалистичный. И его картинка такова, что ты видишь многое из того, что и представить то страшно.

Я прочитал книгу тогда, когда таки побывал в Киеве. Для меня «Бессарабский рынок» не просто название, для меня этот город один из самых красивых из увиденных. Если не самый красивый, теплый, солнечный и пахнущий чем-то добрым, напоминающим детство. И представить созданное Валетовым полотно, используя собственную фантазию, смог. Это и есть настоящий постап. Пусть и локальный. Это не «сталкериада», чьи поклонники настойчиво твердят который год – постап, постап, постап. Да даже если и так, то «Ничья земля», если равнять по фильмам жанра, это «Дорога» и первый «Безумный Макс». А вот любимая многим вселенная Зоны, всего лишь развлекательные «Книга Илая», «Киборг» или фильмы с Керрадайном эпохи VHS.

«Ничья земля», тяжеленная тетралогия от «Лениздата», прочно втиснулась на полке рядом с «Анклавами» Панова и, надеюсь, прибавлю туда же книги «Проклятого». Ну, а сам рад тому, что таки не перевелись еще авторы, не перевелись.

П.С: данное мнение является быстрым желанием написать что-то хорошее. Это с одной стороны очень плохо, т.к. субъективно. А с другой – нет, так как лучше сказать, чем промолчать. Да, оно эмоционально и чрезмерно размыто, но уж как вышло. Так что даже извиняюсь перед прочитавшими.

Хороших вам книг, успехов и да пребудет с нами Сила. DIXI.

Правильная терминология

Вот когда Русский человек, в профиле которого указано, что он изучал французскую филологию, в споре говорит о книгах, изданных на украинском: "А на мове еще и читают? Селюки? Не смешите". Это что?
Просто глупость? Ситуационная злость? Или великодержавный шовинизм?
Человек же с высшим, читающий... Вот откуда это "через губу"?
Имхо, это из той же серии, что тупые молдаване, хитрые евреи, жадные украинцы, дебилы-чукчи, предатели-татары...
Тут же мне интеллигентно и убедительно рассказали историю (думаю, что реальную) о супер тупом парне с Западной Украины, с которым столкнулись в армии - тот даже читать не умел. Без выводов. Просто рассказали. Я, как человек объездивший Западную Украину, Восточную Украину и Центральную с Северной и с Кымом в придачу, от больших городов до дальних сел, видел, как умнейших ребят, так и полных дебилов в самых разных географических точках.
Ну, да ладно. Личный опыт на то и личный.
Я, например, тоже вспоминаю свои путешествия по России (а я поездил немало) и свои встречи с людьми (их было очень много) не всегда с удовольствием. Разное видел. С разными общался. Мой личный опыт может такое порассказать, что впору некоторые территории зачистить. Но делать из этого выводы я не стану.
Скажу так, я считаю, что одним из основополагающих факторов приведших к нынешнему противостоянию и деструкции некогда близкого по идеям и воспитанию социума, это "комплекс старшего брата", свойственный имперцам, согласно которого лишь то, что они несут есть качественное и первосортное. Остальное и звучит смешно, и выглядит дебильно.
Это не обидки и комплексы меньшовартости, это констатация факта.
На факты смешно обижаться. Но смириться с таким отношением - это себя не уважать.
Мне - простому русскоязычному дону, до скрежета зубовного противно слышать пренебрежительное "селюки" по отношению к культуре, в которой выросла часть моих предков. Может быть потому, что в моем детстве и стихи Пушкина, и сказки Ершова, и украинские вирши, и колыскови звучали для меня одинаково приятно. На родных для меня языках.